Герб Шадринска
Шадринск, Зауралье, История края
ООО " Дельта Технология"
пресс-формы изготовление пресс-форм. литьевые формы. ПЭТ формы.
Модельные комплекты. Стержневые ящики. Кокиля. Формы для литья по выжигаемым, выплавляемым моделям.
<<Предыдущая страница Оглавление книги Следующая страница>>

Для дорогого искусства

Наследие художника. Федор Бронников.

Более четверти века назад, когда я впервые знакомился с Шадринском, его старинными домами, тихими зелеными улицами и озерами вместо площадей, его библиотекой и музеем, находившимся в древнем храме,— я понял, что это настоящий музей, высоко поднявший культурное достоинство маленького городка.

В этом музее сосредоточены настоящие художественные ценности, но они были бы не так внушительны, если бы не собрание картин русского живописца Ф. А. Бронникова (1827—1902), по выражению писателя К. Д. Носилова, «шадринского уроженца, европейской известности»1.

Федор Бронников в родном городе провел только детские и отроческие годы, а затем уехал в Петербург, несколько лет жил в учениках у гравера Бернардского, известного русской публике той поры по иллюстрациям к поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души» и других литературных произведений, да впрочем и наш земляк к этим гравюрам руку приложил.

По счастливому стечению обстоятельств юноша «прошел» в Академию художеств, успешно окончил ее, а затем, для завершения профессионального образования, направился на стажировку в Италию, да там и остался навсегда. В литературе как-то не принято говорить о причинах его невозвращения в Россию, во всяком случае, об этом читать не приходилось. Но вот письма его из Рима в Шадринск приоткрывают истину. «Я же все вожусь со своими ревматизмами»,— писал он родственникам. А в других письмах жаловался на простудные заболевания, которые частенько его донимали, и сетовал, что в Италии нет... русских бань. В одном из писем художник прямо говорит, что его слабый организм вряд ли выдержал бы суровый климат России...2

Бронников, поселившись в Риме, не отгородился от сородичей своих,— путешественников, художников, а то и изгнанников родной земли. И по признанию журнала «Вестник искусств», «русские художники, приезжающие в Рим, всегда находят в нем радушного земляка, готового помочь им делом и советом»3.

Вот эта прочная связь с земляками, глубокий интерес к жизни России и неустанное творчество в конце концов увенчались тем, что Ф. А. Бронников был принят в знаменитое Товарищество передвижных художественных выставок, а протокол о его вступлении подписали выдающиеся мастера кисти И. И. Шишкин, И. Н. Крамской, М. К. Клодт и другие.

Конечно, вследствие географической оторванности от родины художник не мог разрабатывать сюжеты из русской действительности, а погрузился в итальянскую тематику и скоро прославился как первоклассный портретист и пейзажист, однако он отнюдь не чуждался и бытовых сюжетов.

Критик В. В. Стасов хорошо отзывался о картине Ф. А. Бронникова «Художники в приемной богача»4. Не остались незамеченными работы «Бедное семейство, выгоняемое с квартиры», «Старик-нищий», «Бродяги на площади Пополо в Риме» и другие публицистические полотна. Из исторической живописи следует отметить «Проклятое поле», «Гимн пифагорийцев восходящему солнцу», «Освящение Гермы»...

Художник Бронников был большим патриотом России и всегда содействовал тому, чтобы в Европе лучше знали русское демократическое искусство. Когда стало известно, что в Праге создано общество любителей искусств «Умелецкая беседа», он настойчиво советовал этому обществу организовать выставку работ художников-передвижников, а в письме И. Н. Крамскому размышлял: «Отчего же бы нам не подружиться с нашими братьями-славянами?»5.

Когда в Риме готовилась большая художественная выставка и в ней согласились участовать только Айвазовский и Семирадский, Бронников остался неудовлетворенным. Это большие и признанные художники, но, по его мысли, нужно было, чтобы в выставке участвовало 10—15 мастеров, чтобы в полную силу «показать итальянцам наше русское искусство».

Гордясь отечественным искусством на Западе, художник не упускал случая продвигать его в России, и яркий пример тому — его щедрая помощь художнику-маринисту А. П. Боголюбову в период оранизации им Саратовского художественного музея имени А. Н. Радищева. Федор Андреевич передал Боголюбову целую коллекцию своих работ, тем самым крепко поддержав идею открытия нового художественного центра России.

Но на этом бескорыстная натура художника не успокоилась, и он одержим уже новой благородной идеей — положить начало художественному образованию в его родном Шадринске. Ф. А. Бронников завещает все оставшиеся после смерти его и жены Кармелы капиталы на открытие художественной школы. В город на Исети благословляются также законченные и незаконченные работы, так как при будущей школе предполагается учебный музей. Сюда же, в достояние землякам, завещается и личный архив живописца.

Бескорыстие, щедрость художника проявляются не только в общественных вопросах, но и в личной жизни. Супруги Бронниковы удочерили итальянскую девочку-сироту, воспитали ее и, выделив приличное приданое, выдали замуж.

О судьбе наследства подробно можно узнать из письма русского художника, академика исторической живописи М. П. Боткина в Шадринскую городскую управу от 12 декабря 1909 года, так как покойный художник назначил его распорядителем наследства.

Хотя при жизни Бронников намеревался передать в Шадринск многое, однако, как пишет Михаил Петрович, супруга художника, умершая позднее его, завещала городу только картины, ордена и медали. Все остальное имущество она приказала продать и раздать бедным, что и было исполнено.

В отношении капиталов М. П. Боткин объясняет, что Федор Андреевич очень истратился в последние годы, особенно при выдаче замуж своей приемной дочери. Так что капитал остался небольшой, да и тот в конверсионных облигациях6.

Капитал Ф. А. Бронникова так и пролежал вплоть до революции в иностранной валюте, хотя такой знаток экономики, как К. Д. Носилов, и предлагал городскому самоуправлению обменять ее на золото, тем более, что курс рубля в предреволюционные годы безнадежно упал.

Как бы там ни было, город стал обладателем наследства крупного русского художника. Мы не станем говорить здесь о судьбе картин Федора Бронникова, так как этот вопрос уже достаточно описан в литературе7. Напомним только, что добрый десяток лет они лежали в сундуке, пока в городе не открылось Шадринское научное хранилище, взявшее, наконец, коллекцию знаменитого земляка под свое покровительство. А было это в 1918 году. Началась гражданская война, город захватили белые. А когда они отступили, в суматохе исчезли некоторые работы художника.

После Великой Отечественной войны картины художника были отреставрированы художниками Центральных реставрационных мастерских и теперь занимают целый зал в городском музее. Но выставлено не все. Часть работ, достойных экспозиции, хранится в фондах.

Но только ли в Шадринске находятся работы Бронникова?

Библиограф и историк искусства Н. П. Собко в процессе подготовки «Словаря русских художников с древнейших времен до наших дней», три тома которого вышли в свет в конце прошлого века, обратился ко многим русским художникам с просьбой заполнить разработанную им анкету. Отвечая на вопросы, Ф. А. Бронников сообщил много интересного о своем творчестве.

Так, его работы неоднократно выставлялись в Академии художеств (Петербург), в Товариществе передвижных художественных выставок, на двух Всемирных выставках в Париже, а также в Лондоне, Риме и Москве.

Естественно, что многие картины художника тут же раскупались, кроме того, он выполнял немало заказов. Поэтому география бронниковских работ весьма обширна. В анкете он сообщал, что его картины находятся в Петербурге, Москве, Киеве, Одессе, а также в Лондоне, Нью-Йорке, Филадельфии и других зарубежных городах.

Помню, один из наших сотрудников высказал мысль, что неплохо бы узнать, в каких музеях страны сегодня находятся картины Ф. А. Бронникова. И вот мы пишем письма...

Ответы стали поступать сразу же. Одни разочаровывали, другие радовали. Некоторые музеи посылали не только исчерпывающую информацию, но и фотокопии работ художника.

Картины нашего земляка оказались в самых неожиданных местах. Например, в Иркутском художественном музее находится известная картина «Покинутая», созданная в Риме в 1873 году. Ее приобрела у Бронникова датская королева, а иркутское повторение «Покинутой» поступило в музей из частной коллекции в 1920 году.

В Тюменской областной картинной галерее находится его «Итальянка», поступившая из художественного фонда Министерства культуры РСФСР в 1957 году. В Пермской государственной художественной галерее выставлена его картина «Римские бани», в Курской картинной галерее есть эскиз «Исповедь Иоанна Крестителя», в Ульяновском областном художественном музее — два рисунка для икон, бывших в храме Христа Спасителя в Москве.

Мы не делали запрос в Саратовский художественный музей имени А. Н. Радищева, так как есть каталог, в котором представлено 130 работ Ф. А. Бронникова. Они поступили в разное время. Еще в 1886 году художник передал 30 своих работ, в том числе портрет художника К. Д. Флавицкого, «Сборы к венцу», «Итальянка с карабином». А в следующем году в Саратов прибыли его работы «Больной художник», «Женщина с прялкой», «Внутренность хижины», «В тюрьме», «Нищая»8.

Еще раньше было известно, что в Третьяковской галерее находится знаменитая картина Бронникова «Проклятое поле. Место казни в древнем Риме. Распятые рабы». Ее репродукция помещена во многих изданиях учебника истории древнего мира для средних школ. И бандероль из Третьяковки дополнила и уточнила сведения о московской коллекции.

Всего здесь находится 10 картин нашего земляка и среди них «Гимн пифагорийцев восходящему солнцу», «Освящение Гермы» и «Проклятое поле», которые Павел Михайлович Третьяков приобрел у Федора Андреевича. Интересно, что коллекция картин уральца в Третьяковской галерее пополнилась в советское время. Так, «У часовни», «Старик-нищий» и «Белладжо» поступили в галерею в 1925 году из Румянцевского музея (ранее собрание К. Т. Солдатенкова), «Автопортрет» — в 1927, «Кулисы цирка» — в 1941, «Странствующие музыканты» — в 1947 и «У постели больного» — в 1948 году.

Приличная коллекция произведений художника находится в Государственном Русском музее в Ленинграде. Здесь — «Освящение Гермы», «Дама с собачкой в парке Фраскати», портреты профессора П. Ф. Маркова и графини А. К. Воронцовой-Дашковой.

А письма и бандероли продолжали поступать. Из государственного архива художественных произведений Управления изобразительных искусств охраны памятников Министерства культуры СССР сообщили, что «Автопортрет» Ф. А. Бронникова (1856 г.) находится в коллекции Ф. Е. Вишневского (музей Ф. А. Тропинина и московских художников его времени) .

Отрадно и то, что картины нашего талантливого земляка можно встретить не только в музеях Российской Федерации, но и других союзных республик. Так, из письма из Азербайджанского государственного музея имени Р. Мустафаева мы узнали, что в его фондах есть работа Бронникова «Шествие в честь Амона в древнем Египте». А из государственного музея Узбекской ССР в Ташкенте сообщили, что в 1961 году музей приобрел работу «Итальянские девушки», которая ранее находилась в семье родственников известного коллекционера Блока.

А вот что писали из музеев Украины. Еще в 1960 году Николаевский художественный музей имени В. В. Верещагина приобрел из коллекции одного московского собирателя этюд «Пять голов».

В Киевском музее русского искусства находится известная картина Ф. А. Бронникова «Сборы к венцу», а также «Старик-итальянец». До революции последняя была в собрании Н. А. Терещенко, поступила в музей в 1926 году.

В Одесском художественном музее хранятся «Автопортрет», «На могиле друга» и портрет неизвестной, поступившие до 1915 года из Академии художеств. Здесь же эскиз «Исторический сюжет».

Таким образом, в художественном отделе Шадринского государственного музея сосредоточились теперь очень интересные сведения о местонахождении картин Федора Андреевича Бронникова. Эти сведения позволяют сделать вывод, что художник сделал немалый вклад в сокровищницу национального искусства и пользуется гораздо большей известностью, чем ранее предполагалось.

Хотелось бы сказать несколько слов о коллекции фотографий из личного архива художника9. Они прибыли в Шадринск также по завещанию, и теперь хранятся в Шадринском филиале государственного архива Курганской области. Привлекает внимание то, что в этой коллекции много известных имен. Например, фотографии национального героя Италии Джузеппе Гарибальди, Александра Ивановича Герцена.

На небольшом снимке автор монументального полотна «Явление Христа народу» Александр Иванов. Молодой офицер, в задумчивой позе, густая шевелюра с пробором, гвардейские усы. Это Николай Ярошенко — автор «Студента», «Курсистки», «Кочегара».

Скульпторы Чижов и Антокольский, художники Боголюбов и Чистяков. Сам Бронников на фотографии молод и худ. На стуле, в порывистой позе Аполлон Майков. На другой фотографии — Виктор Гюго Но есть еще фотопортреты, которые «не заговорили».

И последнее, о чем бы хотелось рассказать в этой главе, как художник, будучи на чужбине, черпал свои силы в непрекращающейся связи с родным Шадринском. Известно, что Федор Андреевич приезжал сюда неоднократно — к отцу, к матери. А когда умер Андрей Иванович, на его могиле был поставлен памятник с надписью: «Любезному родителю от любящего сына».

И конечно, он не мог жить без писем с родины. Сохранились в копии письма художника своим племянникам в Шадринск. Переписка эта продолжалась, начиная с 1881 года, 19 лет. В письмах Федора Андреевича прослеживаются два основных мотива — трепетный интерес к родному городу и тоска по земле Отечества.

«Как бы хотел провести лето у вас в Шадринске,— пишет он Трущеву,— походить по бору, поискать ягод, грибов, да и поудить с тобой на реке. Что ты, не покидаешь этого удовольствия и иногда поуживаешь и кушаешь уху из окуней собственного улова? Я же здесь только купаюсь в море, но ловлею рыбы не занимаюсь, ибо в море нужен невод...»

«Желаю вам от души провести летнее время,— пишет художник Прусову,— весело в полях около Шадринска с самоваром, чему даже завидую, и если бы моя родина не была так далека от меня, то я бы с вами вместе с большим удовольствием принял участие в ваших прогулках. Мне всегда нравились эти полевые леса: какой в них здоровый запах!..

Как же, помню Городище, хорошее место, да и воздух там хороший... Нет здесь безграничных полей, что у вас там в России, нет тех дремучих лесов, что у вас, и это очень жаль. Я люблю простор и поля наши русские — точно море беспредельное»10.

1 К. Носилов. Выставка проф. Ф. А. Бронникова (Письмо из Шадринска).— Уральская жизнь, 1909, 11 апреля.

2 А. Бронников. Письма из Италии. Машинопись.— ШГКМ.

3 Вестник искусств, 1885 г.

4 В. Стасов. Художественные выставки.— Новое время, 1878, 16 марта; Собр. соч., т. 1, СПб, 1894, ч. 2, с. 534.

5 Письмо Ф. А. Бронникова И. Н. Крамскому.

6 ШФ ГА КО, ф. 473, оп. 1, д. 1698, л. 18, 18 об.

7 Н. В. Здобнов. Ф. А. Бронников и его наследство в Шадринске.— Северная Азия, кн. 5—6, с. 177—179.

8 Каталог Саратовского государственного художественного музея имени А. Н. Радищева. Саратов, 1956.

9 В. Долгих. Фотографии заговорили.— Советское Зауралье, 1963, 18 августа.

10 Ф. А. Бронников. Письма из Италии.— ШГКМ.