Герб Шадринска
Шадринск, Зауралье, История края
ООО " Дельта Технология"
пресс-формы изготовление пресс-форм. литьевые формы. ПЭТ формы.
Модельные комплекты. Стержневые ящики. Кокиля. Формы для литья по выжигаемым, выплавляемым моделям.
<<Предыдущая страница Оглавление книги Следующая страница>>

Под «малахитовой» крышей. 80-лет со дня рождения Ивана Шадра.

В феврале 1967 года в Шадринске отмечалось 80-летие со дня рождения Ивана Шадра. На этот юбилейный праздник из Харькова приезжала родная сестра скульптора Валентина Дмитриевна Шаркунова, очень похожая лицом на брата. Мне посчастливилось услышать ее воспоминания.

— В Шадринске, по улице Карла Маркса, 113,— рассказывала Валентина Дмитриевна,— до сих пор стоит домик, где жили бабушка и дядя Шадра, фотограф И. Е. Овчинников — родной брат мамы. А вообще-то, Овчинниковы — выходцы из села Ряполово теперь Владимирской области. Этот дом был отделан деревянными кружевами, а мастерил их отец. И крыша ярко-зеленого цвета выделялась среди других.

— Мама,— спрашивали мы,— почему крыша такая красивая?

— А она покрашена малахитовой краской. Эта краска считалась несмываемой.

Вот с этим домом и связано несколько случаев из жизни Ивана Дмитриевича.

Но теперь, в интересах соблюдения хронологии мы приведем рассказ другой сестры скульптора Августы Дмитриевны Росинекой, которая тогда проживала в Шадринске.

— В 1937 году,— сообщила Августа Дмитриевна,— вместе с сестрой Антониной мы ездили к Ивану Дмитриевичу в Москву. Помнится забавный случай: проходя по мастерской, Иван зацепился брюками за ящик и порвал их. Мы расстроились, а он засмеялся и рассказал нам такую историю из своего детства:

— Мама, как вы знаете, была строгая. Сшила она мне как-то хлопчатобумажные брюки и говорит: «Смотри, Иван, если порвешь штаны — выпорю!»

Я полез на соседний забор и, как назло, порвал брюки. Дело подходило к обеду. Есть хочется, а домой идти боюсь. Снял я брюки и к колодцу их положил, а сам убежал к бабушке. Та напекла шанег, дала сметаны, и я, наевшись, забыл обо всем на свете. Мама же, увидев брюки у колодца, заголосила и в отчаянии прибежала к бабушке. Там, увидев меня, и ругать забыла, а лишь воскликнула: «О, господи, да ведь живой!..»

— Старшая наша сестра Антонина Дмитриевна,— продолжает рассказ В. Д. Шаркунова,— была страшно озорная. У кого звонок оторвать — это она. Брат вылепил ее фигурку и во дворе поставил сушить. Сидит девочка с босыми ногами и косичка крючком.

Приходит бабушка, а во дворе глиняная девочка сидит.

— У нас нечистая сила,— таинственно сообщила бабушка. А сама схватила полено и со словами «Свят, свят» — раз по скульптурке. В момент разбухала одно из первых творений брата.

Иван Дмитриевич выбежал во двор со слезами:

— Бабушка, что ж ты наделала? Ведь я мог бы за нее деньги получить.

— Какие деньги? Баловство одно! Скульптуру пришлось реставрировать, потом он ее продал и купил Антонине платье.

В 1922 году Иван Дмитриевич приезжал на родину по заданию Народного комиссариата финансов и с мандатом председателя ВЦИК Михаила Ивановича Калинина, чтобы увековечить в скульптуре шадринского хлебороба. Как известно, он создал тогда знаменитых «Сеятеля» и «Крестьянина», изображения которых были напечатаны на первых деньгах и облигациях СССР.

И вот по возвращении из деревни Калгановой, где он работал, Иван Дмитриевич снова надел рабочий халат, на этот раз для того, чтобы воспеть в скульптуре свою старую мать. Мария Егоровна позировала ему во дворе дома И. Е. Овчинникова, и это длилось не долго, всего несколько дней.

Иван Дмитриевич вложил в новое произведение всю силу своего таланта и вдохновения. И когда французские мастера осмотрели «Портрет матери», то один из них пророчески сказал:

— Да, Шадр в России — это явление...

Дом, имевший когда-то нарядную малахитовую крышу, сегодня неузнаваемо изменился. Мы не увидим здесь не только деревянных кружев, созданных талантливым мастером Дмитрием Евграфовичем Ивановым, но даже ровных, как карандаш, бревнышек, из которых построен дом, так они замазаны аляповатой штукатуркой.

Недавно я проводил экскурсию по городу для рабочих и служащих одного из курганских заводов. С каким интересом осматривали они реставрируемый и уже теперь сияющий Спасо-Преображенский собор, созданный нашими отечественными зодчими более двухсот лет назад.

С какими добрыми чувствами посетили мы мемориал Ивану Дмитриевичу Шадру, в котором в какой-то степени воплотилась его заветная мечта видеть свои скульптуры на площадях родного города. Памятник Шадру (авторы скульптор Ю. Л. Чернов и архитектор Г. Г. Исакович) открыт в 1984 году на фоне зеленого шатра городского сада, и он существенно обогатил внешний облик хлебной столицы Зауралья.

Подошли мы и к дому Шадра, находящемуся в двух шагах от памятника. Правда, это макет бывшего дома, где жили когда-то родители скульптора, где прошло его детство, а здесь он построен потому, что на месте бывшей усадьбы Ивановых возведен корпус финансового техникума. Макет выполнен хорошо, с профессиональным мастерством и повторяет черты старого дома.

В этом симпатичном домике планируется открыть мемориальный музей скульптора, как филиал Шадринского городского краеведческого музея, и теперь в нем идут подготовительные работы. Здесь чудодействует народный умелец Сергей Иванович Симаков. Его золотыми руками возрождена обстановка комнат: деревянная кровать, стол и лавки, полати и голбчик, и даже деревянный ларь в сенях...

Приятно показывать эти изюминки культуры, рассказывать о них. Но когда экскурсия отправилась дальше, автобус проехал возле бывшего домика Овчинниковых. Честное слово, не хватило духа рассказать, что это за домик — так он неважно выглядит.

Да, пока не поздно, и к этому дому нужно проявить отеческое внимание. Стоит он на веселом месте, почти в центре города. Устроить бы тут после реставрации библиотеку или другой культурный уголок. Важно, что спасенный домик засияет тогда, как реальный символ нашего благодарного внимания к памятным местам отечественной культуры.